Персональный сайт Николая Арестенко                                                                                                  ВЫ МОЖЕТЕ БЫТЬ ЛИБО ПРАВЫ, ЛИБО СЧАСТЛИВЫ

Категории раздела

Мои статьи [10]
Политика [195]
Экономика [110]
Кризис [270]
Информационный мир [61]
Это интересно [83]

Полезные ссылки

Поиск

Seo анализ сайта

Каталог статей

Главная » Статьи » Политика

Вадим Карасев: Украинские олигархи – вахтовики, часть 2

Окончание

Ю.Романенко.У меня родился такой образ: государство в нашей ситуации выполняет функции феодального замка, за стенами которого можно укрыться от внешних юрисдикций, о которых вы говорите, а с другой стороны – от крестьян, холопов, которые вокруг пашут на полях. Замок позволяет, опираясь на его ресурсы, управлять холопами и собирать с них оброк, мзду, с помощью которой можно вести тот или иной тип политики. На самом деле, вы воспроизвели формулу украинского феодализма 21 века, который включен в цепочки других феодализмов, потому что мы видим, как происходит переход на новом витке развития к феодальным формам социума.

Об этом писал Мартин Ван Кревельд в книге о войнах еще в 90 году, где указывал, что приходит время самых разнообразных кондотьеров…военно-политических, бизнесовых, корпоративных. Кондотьерство становится одной из основных форм организации на самых различных уровнях.

В.Карасев.Почти угадали, потому что, я как раз хотел вести к тому, что суверенитет мировой рынка и есть неофеодализм, потому что теряет свое значение государство-нация. Государственные границы становятся очень условными. Сакральность этих границ стирается, и государство становится фактически такими «смотрящими» по территории, надзирающими над тем, чтобы была финансовая платежеспособность, чтобы вовремя платили по кредитам МВФ, чтобы народ не бунтовал, чтобы была безопасность, порядок в стране. А что требует от украинской власти ЕС? Он не требует демократии как таковой, национального строительства, укрепления государства. Он говорит о том, что главное – поддержка стабильности, чтобы не было турбулентности, вызовов, миграции, потому что чем больше нестабильности, тем больше миграционное давление на ЕС. Для Евросоюза Украина - это некий терминал, где упорядочивались бы финансовые, людские, капитальные потоки, не приводящие к формированию точек угроз для более стабильных и безопасных пространств, например, ЕС.

Да, это момент феодализации и как раз проблема в том, что этот социалистический капитализм или капиталистический социализм – это фактически есть современное выражение, номинация на базе опыта и знаний о социализме и капитализме – фактически пвсевдофеодальных обществ, экономик, социальных систем, которые сегодня господствуют на экс-советском пространстве.

Ведь что такое феодализм? Господство торгового капитала, складывающийся, но не оформленный внутренний рынок, отсутствие наемного труда и капитала. Капитал есть ссудный, ростовщический, торговый, но нет производственного капитала. Это тоже самое, что сегодня в Украине и России.

С другой стороны, феодализм – это снятие ренты, это коррупционные практики и налоги на базе привилегий, это отсутствие единого правового пространства и единого правового рыночного стандарта, универсального суда, приватизация функций государства отдельными чиновниками. Если налоговый инспектор берет налог и не сдает государству, а делает так, чтобы его платили ему, это уже не налог, это уже оброк. По сути, это приватизация функций государства чиновником, налоговым администратором, закупщиком, руководителем тендера, тем, от кого зависит льготная дотация. Государство рассредоточено по носителям тех или иных государственных функций, которые замещают собой государство в виду той или иной индивидуальной крыши.

Ю.Романенко. Государство у нас персонифицировано конкретным человеком. Это не кафкианский бездушный бюрократический замок.

В.Карасев. Да. Вместо государства защищающего, оно презентирует отдельные индивидуальные «крыши» – «гаишника», судьи, прокурора, налогового инспектора, «сбушника»…

Ю.Романенко. Ися как временный ресурс, который необходимо эксплуатировать максимально эффективно за ограниченный отрезок времени (потому что за дверью стоит когорта таких же голодных «варягов»)

В.Карасев. Это прошли все феодализмы… Капитализм появляется там, где в качестве предпосылки появляется универсальная правовая материя, на ее базе формируются прозрачные рынки – универсальный рынок труда, капитала, банковских кредитов.

Ю.Романенко. Но сейчас даже на Западе этого нет… Более того, это одна из причин кризиса, точнее говоря, выход его из скрытой формы в острую, исчезновение прозрачности в работе государственных и корпоративных институтов. Крупные монополии, получив возможность сформировать собственные банки, промышленные конгломераты, пользуясь огромным влиянием на власть, по сути, через непрозрачные схемы фактически превратились в монстров, которые стали определять все. Это было ярко видно в момент крушения «Энрона», когда стал очевидным сговор с аудиторскими фирмами, которые делали огромные деньги на раздутии корпоративного рейтинга.

В.Карасев. Как раз об этом пишет Саския Сассен о явлении финансиализации. А Джованни Арриги пишет, что, где капитализм или та иная модель капитализма подходит к своему исчерпанию, наступает финансовый капитализм. Финансиализация скрывает это все, рыночно-трудовую или производственную структуру капитализма, и финансовый капитализм начинает доминировать над производительным капитализмом. Отсюда – пузыри, ипотечные и другие крахи, пирамиды.

Ю.Романенко. Уточню, что Арриги называет момент перехода к фазе финансовых спекуляций сигнальным кризисом, который показывает, что прибыль капитала в промышленности и торговле упала настолько, что перестает его удовлетворять, поэтому наиболее рациональным шагом сбережения капитала становятся спекуляции. США прошли через сигнальный кризис в 70-е годы прошлого века, которые совпадают с концом славного золотого тридцатилетия общества всеобщего благоденствия.

В.Карасев. Такая финансиализация и неофеодализация на Западе надстраивается над либеральным, производительным фундаментом капитализма. В Украине не над чем надстраивается, поскольку правового государства, либеральных стандартов, культуры производительного капиталистического труда, культуры бережливого капиталистического накопления капитала, этики капитала и труда, о которой писал Макс Вебер, не было.

Поэтому здесь в Украине, если на Западе этот посткапиталистичсекий или постнеолиберальный капитализм, то в Украине эта тенденция неофеодализации (они же олигархизации) происходят в вакууме. Вот в чем инверсионность финансиализированного капитализма и производительного капитализма в Украине.

В вашем комментарии прозвучало несколько важных тем, на которые я должен обратить внимание.

Во-первых, по поводу низкой легитимности правящего олигархического класса в Украине: их это устраивает, им не нужна высокая легитимность. Они ее, конечно, хотели бы, но в целом, олигархи по этому поводу не «парятся». Высокая легитимность предполагает инвестиции в солидарность общества. Кстати, социал-демократический вариант капитализма предполагает очень серьезную солидарностную основу.

Ю.Романенко. Работу с социальным капиталом

В.Карасев. Совершенно верно, выстраивая структуры солидарности. Для наших олигархов, чем меньше солидарности, тем лучше можно манипулировать с помощью финансов, СМИ не солидарностным социумом. Атомами легче управлять, чем показывать им каждый день талант-шоу или суррогаты всяческих народных «зирок», нежели демосом.

Ю.Романенко. То есть, борьба с ростом легитимности какого-либо субъекта в этих условиях становится одной из ключевой задач, поскольку рост легитимности и появление такого субъекта означает появление конкурента, который представляет угрозу?

В.Карасев. Конечно, им это не надо. Поэтому, слабая легитимность может рассматриваться и как слабость, и как их сила. Но именно их сила, а не наша. Я тоже думал вначале, что низкая легитимность – это первородный грех олигархии и господствующего в Украине класса. Потом понял, что классовые категории для них неинтересны, поскольку любой класс – это консолидированная группа, а их стратегия заключается в том, чтобы препятствовать любой консолидации, которая может быть либо в «верхах», либо в «низах». Лучше играть в хищнические стратегии уничтожения своих противников внутри олигархических групп, а не объединять усилия.

Ю.Романенко. И мы видим это с мелким и средним бизнесом

В.Карасев. Да, задача не допустить консолидации «внизу». В этом-то и проблема, что когда Колин Крауч пишет о трансформации социал-демократической модели политического режима в постдемократию, то структуры солидарности никто не отменял. Они сужаются, но остаются в генетической и институциональной памяти капиталистических обществ. Когда выходит 3 млн. парижан против повышения пенсионного возраста – это как раз и есть проявление солидарности. У нас считается, что если 10 тысяч вышли на Майдан – это успех. Социальная память действует.

Еще один момент – эволюция олигархии власти на протяжении последних десяти лет. Все-таки пик первоначального олигархического господства – это 1999 год, победа на президентских выборах Леонида Кучмы. Ставка олигархов четко видна на президентскую власть как арбитраж, как «крышу», чтобы войти или законсервировать коррупционное партнерство государства и бизнеса.

Ю.Романенко. Тем не менее, Кучма и институт президентства в это время был сильнее, чем олигархи. Он был, как минимум, первым среди равных. Именно в этом состояла суть «кассетного скандала» - демонтаже института президента под тем или иным предлогом, как представляющего угрозу для олигархии, поскольку именно институт президента был воплощением национального государства, который мог осуществить проект национального строительства…

В.Карасев. Президент – это «крыша» большого бизнеса, но с этой функцией ближе к концу второй каденции Кучма уже не мог справляться. Отсюда и назрела оранжевая революция, которая была инспирирована, в том числе, антиолигархическими настроениями конца каденции. Но олигархия, подсуетившись, смогла защитить себя парламентским проектом и инвестированием в партийную конкуренцию.

Ю.Романенко. Она канализировала эти антиолигархические настроения поправками в Конституцию в 2004 году и усилением собственного влияния на политическую систему, по сути, приватизировав ее.

В.Карасев. Да, ослабление президентской власти, которая уже мыслила себя не в рамках «крыши», а в рамках национального проекта, по крайней мере, так собирался пользоваться этой власть Ющенко, она не устраивала олигархов. Поэтому, ситуация с олигархическим капитализмом была законсервирована в форме эстетике политической борьбы, конкуренции, парламентской демократии.

Ю.Романенко. Что не позволяет кому-либо приподняться настолько, чтобы стать реальным конкурентом….

В.Карасев. Правильно, парламент практически стал площадкой олигархии, и все выборы финансировали 4-5 олигархические группы (2006, 2007, 2010 годы). Каждая из них добивалась того, чтобы их представители были в парламенте. Отсюда, кстати, и кризис партий, состоящий в том, что они воплощали и генерировали не реальную повестку, в которой нуждается страна, а фактически были на службе у олигархов, представляли их лоббистские структуры в парламенте. Но в 2008 году ситуация экономического кризиса показала бесперспективность такой модели, потому что она стала очень дорогой.

В 2010 году произошел отказ от парламентского проекта, но это не был возврат к кучмистскому проекту или «парламентщине» 2005-2010 годов. Произошел классический захват государства олигархическими силами. Пока мы наблюдаем паузу, ситуация настолько подвешена, что никто не знает, как дальше будет развиваться политический режим с точки зрения его институциональных оснований. Можно консолидировать власть под Президента и управлять им и использовать его не столько как «крышу», сколько как инструмент управления. Не искать у него защиты, а управлять посредством президентской власти в пользу тех или иных интересов. Но, как показали события «предпринимательского Майдана», можно монополизировать власть, сформировать вертикаль, подавить горизонтальный конфликт на уровне «элита-элита», «власть-оппозиция», но отсутствие горизонтального конфликта еще не означает, что вы сняли все условия и возможности для появления вертикального конфликта.

Ю.Романенко. Наоборот, он как раз только сейчас и начинается…

В.Карасев. Совершенно верно. В этом и парадокс украинской вертикали, что вертикаль власти, убивая горизонталь конфликта элит, приводит к вертикальному конфликту «власть-общество». Вертикаль, казалось бы, которая призвана подавить любой протест, фронду, оппозиционность, приводит к вертикальному конфликту между властью и обществом.

Дело в том, что украинская вертикаль, в отличие от российской, не может купить общество с помощью искусственно поддерживаемых стандартов потребления, поиска оптимума между эксплуатацией потребителя и его поддержкой, как это делается в России. Кроме того, даже в России при ее нынешних запасах нефти и газа российская вертикаль уже не может выполнить эту задачу. Она держала ее в начале 2000-х годов, а Украина в отсутствии экономического роста, при экономической стагнации, долговых займах МВФ, при всех своих фискальных кризисах и кризисах доходности насытить административную вертикаль социальными благами и потребностями не в состоянии. Более того, административная вертикаль стоит перед необходимостью сегодня демонтажа социального государства. Естественно, это формирует точки угроз и кризиса социального недовольства и взрыва. Поэтому, сегодня украинская олигархия стоит перед задачей, как социально умиротворить украинцев. Все сторонники неолигархического, демократического пути Украины стоят перед необходимостью ответить на вопрос, как спасти рядовых украинцев. Как спасти Украину как проект, национальный, государственный, а не только территорию для большого бизнеса.

Ю.Романенко. Все это признаки предреволюционной ситуации…

В.Карасев. Да, а предреволюционная ситуация ведь очень простая «верхи не могут управлять по-старому, а низы не хотят жить по-старому». Точнее, они не хотят жить по-новому, хуже, они хотят жить по-старому, так, как они жили в условиях постсоциалистического капитализма, когда власть фактически предложила обществу контракт: вы не вмешиваетесь в наши капиталистические и коррупционные дела, а мы не вмешиваемся в ваши коррупционные дела.

Ю.Романенко. А все вместе мы эксплуатируем люмпенизированные слои…

В.Карасев. Вместе мы доживаем, добиваем, эксплуатируем наследие советской индустриальной эпохи.

Ю.Романенко. А деклассированные элементы в виде пенсионеров и бюджетников не должны мешать эксплуатировать…

Не должны мешать оптимизировать поддержку эксплуатации, потому что это основной электорат. Этот коррупционный контракт закончен новым Налоговым кодексом, потому что у власти нет доходов. И вместо того, чтобы искать доходы в запуске экономике…

Ю.Романенко.Она не способна их создавать…

В.Карасев. Это уже другой вопрос, они просто решили контракт разорвать в одностороннем порядке, и сами продолжили заниматься тем, чем занимались, а от других потребовали платить налоги.

Ю.Романенко. Мы легализировали свою деятельность, вы тоже легализируетесь, но при этом вы платите налоги, а мы платим налоги маленькие легально. При этом основной тезис о прозрачности внешне выглядит прилично, хотя глубоко внутри является неприличным, даже оскорбительным для прослойки малого и среднего бизнеса.

В.Карасев. А малый бизнес с этим не согласился. Но дальше для малого и среднего бизнеса наступает развилка. Одна часть говорит: «Мы не хотим нового контракта, давайте оставим все, как есть, вы продолжаете делать то, что вы делали, и проблемы МВФ – это ваши проблемы. А свои проблемы – с «ментами» – будем решать сами». Но другая часть начинает говорить европейской прозой: мы готовы платить налоги, но это именно налоги, а не коррупционный налог налоговому инспектору. Это налоги, но не оброки.

Ю.Романенко. Мы хотим понимать, куда они идут…

В.Карасев.Да, платить налоги в обмен на право контролировать расходы, потому что расходы влияют на уровень доходов, а без доходов нет расходов. Дальше – право на гарантии, что это будет оптимальное расходование средств. Третье – что налоги пойдут на производство публичных благ (образование, медицина, дороги, экология).

Таким образом, правительство в этой схеме – уже не комитет буржуазии по распределению экспортно-импортной кооперации, субсидий, льгот и прочих олигархических гешефтов, а правительство как инструмент обеспечения общественных благ и предоставление благоприятных, прежде всего, правовых условий для ведения бизнеса, получения доходов. Фактически это непроговариваемая, неманифестируемая, неотрефлексированная либерально-капиталистическая трескотня. Главный стержень этих требований – правовое государство, справедливый и доступный суд, справедливые налоги. Конфликт по поводу налогов должен решаться в суде, а не в кабинете «мента» и не в кабинете судьи, а в суде. Это фактически протокапиталистическая повестка дня и буржуазные, а не олигархические.

Ю.Романенко. То есть, это предпосылки буржуазной революции…

В.Карасев. Да. И здесь ключевой вопрос. Первое – требование реформ снизу. Янукович под давлением или олигархов, или обстоятельств задумал проводить реформы «сверх» - это интернализация доходов и экстернелизация издержек, издержки должны нести другие. Мы укрепляем власть олигархов, а массы сказали «нет» этому контракту. Должен быть либеральный контракт и либеральное налоговое государство. Сейчас как раз появляются предпосылки для создания либерального государства: налоги в обмен на право.

Ю.Романенко. Налоги – это взаимная ответственность…

Правильно. Налоги в обмен на право контролировать, на право, на услуги. Фактически это создание в Украине государства, которого раньше не было. Это было рентное государство, которое только изымало излишек, и не понятно как расходовало. Цели расходования формировалось в кабинетах, и даже парламент был только прикрытием. Теперь реформы «сверху» не получились, захлебнулись. Хотя налоговая реформа – не самая важная, более значимая – пенсионная, жилищная, земельная. Это говорит о том, что Украина на пороге больших событий. Реформы «сверху» уже не пошли. Никакая вертикаль стабильности, консолидация власти Президента ничего это не решает, это все из прошлой жизни, из прошлой игры, которая уже проиграна.

Ю.Романенко. Власть и оппозиция ведут на самом деле прошлые войны…

В.Карасев. Да. А теперь начинаются реформы «снизу», а вот как их оформить политически? Ведь когда говорят, что Майдан неполитический, это неправильно. Майдан должен быть политическим, но не в том смысле, чтобы им управляли политики и требовали перевыборов. На Майдане должен родиться класс. Класс рождается тогда, когда в него вносится политическое сознание и политическая повестка. Класс – это всегда политический проект, это отношение к собственности, к труду, образ жизни. Средний предпринимательский класс в Украине только сейчас проходит период своего становления. Они увидели в Налоговом кодексе угрозу своему образу жизни. Власть в Украине была у олигархов, но негласно существовала гегемония среднеклассового уровня жизни – кафе, потребление, кредиты, ипотека, машины. По сути, среднеклассовая идея – это европейская идея.

До определенно времени компромисс между властью олигархов и гегемонией среднего класса устраивали друг друга, они могли мирНо уживаться. Но сейчас, когда мы увидели, что олигархи начинают наступление на позиции среднеклассового образа жизни, а об этом свидетельствуют заявления Азарова и других, что надо вернуть людей на фабрики и заводы, это свидетельствует о том, что людей хотят лишить уровня жизни.

Ю.Романенко. Вопрос еще и в том, на какие фабрики и заводы – порезанные на металлолом?

В.Карасев. Это уже другой вопрос, тут важно заявление. Это значит, что они хотят создать индустриально-постсоветскую, индустриально-капиталистическую в постсоветском варианте структуру общества. Это наступление на гегемонию образа жизни среднего класса, что не устраивает общество в целом. Независимо от того, стоит человек на рынке или не стоит, торговец он или интеллектуал. Это фактически угроза всему тому образу европеизированной жизни, в которую Украина входила за последние 20 лет. Это не значит, что не надо меняться, но надо меняться так, чтобы быть ближе к нынешней Европе, а не быть ближе к тому капитализму манчестерского типа, который господствовал в Европе в 17-середине 19 веков.

Ю.Романенко. С другой стороны, это тоже догоняющая стратегия в том плане, что образ европейского среднего класса, который был примером и транслировался СМИ на всю планету, фактически был единственной формой удержания маргинальных классов. Я имею в виду, на уровне планеты, под которыми западные исследователи подразумевают целые страны, континенты, которые выполняют функцию низших неприкасаемых каст, из которых черпается рабочая сила, ресурсы… Этот образ сейчас тускнеет, и под ударами глобального финансового кризиса разбивается, потому что стало очевидно, что потребительская модель в той форме, в которой она существовал – не реализуема для всей планеты. Если Китай будет жить так, как живут американцы, то наступит быстрый экологический коллапс. В этом одна из сложнейших проблем, над которой сейчас бьются лучшие умы человечества – как снять с повестки дня экологическую катастрофу и накормить более 6 млрд. человек.

В.Карасев. Согласен, об этом Колин Крауч пишет. Постдемократия как состояние формируется именно в силу социально-структурных изменений, когда размывается массовый среднеклассовый слой, который был основой демократии. Бедные – беднеют, богатые - богатеют. Увеличивается социальный разрыв. Но речь идет о том, что разрывы в Европе не сопоставимы с разрывом в Мексике, Латинской Америке, Китае и на советской территории.

Во-вторых, все-таки здесь речь идет о стандартах жизни. Вопрос не в том состоит, что Украина обречена быть на стороне «незолотых миллиардов», а состоит в том, чтобы создать такую структуру государства и такой государственный проект, где бы эти дефекты олигархической, неофеодальной капиталистической модели были ограничены, либо в целом преодолены. Где можно было бы создать более справедливую, солидарную модель капиталистического рыночного общества. Да, это будет уже постдемократия, а не классическая демократия золотого демократического 30-летия. Но она может быть здесь. Нужно все-таки начинать с переизобретения Украины как государственного капиталистического и национального проекта. Вот задача интеллектуалов новой волны, которая должна прийти на смену интеллектуалов 90-х. Та волна уже ушла, национальная демократия свою задачу выполнила. Сегодня мы видим ее интеллектуальное и политическое бессилие. Возникла эта интеллектуальная пауза, в которую рванули, которую заполняют политтехнологи и недалекие комментарии и комментаторы, в которых превратились политологи. Они потеряли ключевую функцию контекстуализаторов, а превратились в комментаторов на злобу дня и по случаю.

Ю.Романенко. Обслуживающий персонал политических демиургов

В.Карасев. Да. А сейчас действительно запрос на новое проектирование, в том числе, партийно-политическое. Когда я писал свою статью, я понял, что сегодня нет партий. Они все партии прошлого. Их финансируют олигархи, и они будут говорить о том, что нужно олигархам или стыдливо не говорить о чем нужно. Учитывая эту «назрело» этой либерально-правовой или либерально-капиталистической и даже либерально-демократической повестки, проблема в том, как политически оформить движение нового класса в Украине – среднего класса, который именно на данном этапе, в этих условиях действительно является прогрессивным классом, гегемоном, поскольку речь идет о сохранении среднеклассового образа жизни. Потому сегодня все интеллектуальные усилия нужно инвестировать в придание движению мелких и средних предпринимательских слоев в средний класс, политико-идеологические формы. 

Интервью взял Юрий Романенко, «Хвиля»

05-12-2010 12-05

http://hvylya.org/index.php?option=com_content&view=article&id=8506:2010-12-05-10-23-12&catid=4:2009-04-12-12-01-18&Itemid=10


Категория: Политика | Добавил: proxyz100 (08.12.2010)
Просмотров: 257 | Рейтинг: 0.0/0

  Горячие статьи

  • Сможет ли Майдан победить?
  • Мир, где невозможна победа
  • Почему гарантирован обвал рынка
  • Прогноз на будущее
  • Война за новый мировой порядок
  • Ювенальный террор
  • Краткое изложение теории кризиса
  • Добро пожаловать в ад
  • Теории заговоров, которые подтвердились
  • Бомба: ньютаунский стрелок умер за день до расстрела
  • Революция капитализма
  • Элита США прячется по норам
  • Большой Взрыв уничтожит 1/2 ВВП Евросоюза
  • Украина. На пороге шухера
  • Ветер непростых перемен
  • Могут ли хранилища западных центробанков быть пустыми?
  • Мир на пороге новых времен
  • Коррупция в Украине — это извращенная форма общественного договора
  • Кто предупреждён, тот вооружён
  • Феодальная Украина для чайников
  • Будущее, которого никогда не будет
  • Предчувствие Железной пяты
  • Верхи не могут
  • Провал в новое варварство
  • Выживание в условиях кризиса. Готовимся
  • Как правительство распоряжается нашими деньгами
  • Центр Спасения Цивилизации
  • Что такое настоящий кризис?
  • Разговор Плохиша и Кибальчиша
  • Статистика